Дело – личное, польза – общая

ВОСЕМЬ ПРОЦЕНТОВ стоимости валовой районной сельхозпродукции производят к сегодняшнему дню индивидуальные предприниматели, работники личных подсобных хозяйств. В целом этой продукции выпускается ежегодно на 800 миллионов рублей. Она важна и востребована. У новооскольцев нет нужды гоняться сегодня за пищевой продукцией Европы, неважно «прославившейся» в последнее время. Свои ново-оскольские ЛПХ (личные подсобные хозяйства) и КФХ (крестьянско-фермерские) в потребных количествах и про запас производят гарантированно здорового качества картофель, овощи, гусятину, баранину, кроличье мясо, мед…

Каждое тринадцатое из личных подсобных хозяйств, кстати сказать, воспользовалось льготными субсидиями и кредитами. Их выдано 124 миллиона руб-лей. В свою очередь лично-собственнический труд крепит налоговыми поступлениями бюджет и экономику района.
Мы побывали в двух из множества хозяйств. Мне, кстати, давно хотелось заглянуть на хутор Муренцев. Собирался давно, да чуть не опоздал совсем: на хуторе из местных остались сегодня всего три ветхие бабушки. Но появился тут богатырского сложения тридцатитрехлетний Александр Леонидович Штефан. Пусть и наездами из Нового Оскола, но активнейшим образом включился он в создание здесь пчелопарка своего имени.

Реализация идеи в самом начале. Службы оформляют в пользование Штефану землю вокруг хутора, а он уже засеял пустырь за огородом и кротовые «терриконы» фацелией разных сроков цветения. Один участочек за огородом впору назвать опытным полем. Фацелия там в смеси с синяком – высокой медоносной травой.
С пчеловодством я знаком, но такого обилия пчел за работой не доводилось видеть никогда. Пирующих на поле пчел не отвлечь даже рамкой с открытым медом. Штефан уже запасся опытом впрок: сеять эту медоносную смесь рядом с ульями. В жизни великих крылатых тружениц бывают моменты, когда в природе становится мало нектара, и тогда они, налетая на более слабые пчелиные семьи, грабят, а то и дотла разоряют их. Травосмесью «примирения» Александр Леонидович упреждает на своей пасеке разбойные нападения.

У этого в третьем поколении пасечника (прадед Семен обихаживал барскую пасеку) есть еще одно хорошее качество – неуемная пытливость. Он не пропускает ни одного совещания пчеловодов, ни одного областного семинара, курсов. Встречается, выведывая что-нибудь новенькое, с авторитетными в своей среде пасечниками. Физически сильному, много узнавшему, ему одного дня хватает, к примеру, чтобы пересмотреть полсотни пчелиных ульев. Причем не только посмотреть, перебирая все облепленные пчелами рамки, но и упредить роение, заменив перенаселенные рамки однодневным расплодом, заняв пчел работой, а не «думами о дележе», заменить малоплодных маток и т. д. Словом, навести в каждом улье полный рабочий порядок. И все это легко, играючи, можно сказать. Сказать – но не испробовать самому.
Александр исходил околицы и окрестности хутора вдоль, поперек и по всем диагоналям. Выискал место, где построит капитальный, с расчетом на перспективу роста омшаник. Точно определил место, где выставит ряды ульев у приовражного леска с ранними медоносными первоцветами. Осенью он твердо решил определиться со средствами производства – прикупить тракторок МТЗ, сеялку, бороны. Он «берет» четыре года на то, чтобы окупить все затраты по строительству и техоснащению, обсеву хутора медоносными травами и в итоге выйти на годовой доход в миллион рублей. Тем и живет сейчас.
Работает Штефан вдумчиво и честно. Оптовики уже знают его мед, пыльцу, гумагенат (вытяжку из трутневых личинок), пчелопакеты и прочее. И все это готовы покупать впредь.
Еще положительное свойство личных подсобных и крестьянско-фермерских хозяйств – трудовое воспитание детей, оно просто превосходно по сути своей и иным быть не может. Умением детей выполнять крестьянскую работу сызмальства можно лишь восхищаться. Малолетний Саша Штефан «дымарил» на пасеках дедов в селе Веселое Красногвардейского района, имел там «свои», условно закрепленные за ним, четыре улья. 33-летнему индивидуальному предпринимателю-пасечнику Александру Леонидовичу Штефану в новооскольском хуторе Муренцев в хлопотах с пчело-семьями уверенно «поддымливает» одиннадцатилетний Дима Штефан. И это ему нравится.
С
ДИМКОЙ мы подружились сразу, как только я зашел к нему на подворье. Его отец, один из преуспевающих в пчеловодстве новооскольских фермеров, сразу же завел деловые разговоры с гостями. А мы принялись обследовать Димкино хозяйство. Благо здесь было на что полюбоваться. Вот гусак, хозяин птичьей стаи, задрав голову, что-то высматривает в высоте.
– Это он ястреба опасается. Не за себя, за гусят! – Димка уважительно бросил корочку хлеба важной птице. Видно, сам не раз попадал под его горячую руку, то бишь крыло, а то и клюв…
Мы засели с Димкой в засаде, дожидаясь, когда кошка Манька вернется с охоты.
– Несет! Несет! – заорал мальчишка. И правда, в зубах у кошки что-то трепыхалось длинное и зеленое.
– Ящерицу поймала! Сейчас котят будет кормить. Мышей всех переловила – за них принялась.
Манька осторожно положила перед шустрым выводком охотничий трофей и устало зажмурилась. Охота по такой жаре, видно, несладкое занятие.
Димка повел меня в глубь своих владений. Там дивно пахло медовыми травами. Мы нарвали чабреца и через каких-нибудь пятнадцать минут уже пили чай, сдобренный этой пахучей травой.
Димка перешел в пятый класс, а все лето жил с отцом на хуторе Муренцев, где базируется их пасека. Все бы хорошо, но ровесников в округе маловато, а со взрослыми – скучновато. От скуки спасает работа – у Димки свои обязанности на пасеке. Есть у него своя защитная сетка, свой дымарь. Пчел не боится, даже наоборот – любит этот трудолюбивый народец. Порой в разгар медосбора или роения увлечется наблюдениями, поймает взгляд отца – и снова за работу.
Прощались с Димкой как закадычные друзья. Он несколько раз подтянулся на перекладине, демонстрируя готовность в будущем служить в армии, а когда я уже садился в машину, протянул мне газетный кулечек, от которого пахло тем уголком его мира, который мы посетили.
Дома я с удовольствием завариваю чай с подаренным мне чабрецом и с неменьшим удовольствием вспоминаю славного мальчугана Димку, который любит всех вокруг: и пчел, и кошку Маньку, и даже драчливого гусака.