«ИДУ НА ГРОЗУ»

– Сколько в организации членов профсоюза? – поинтересовалась я у Константина Анатольевича Аркатова, председателя первичной профсоюзной организации ЗАО «Энергомаш (Белгород) – БЗЭМ».
– Это секретная информация.
– Шутите?
– Не до шуток мне. Если о работниках, вступивших в профсоюз, узнает работодатель, им грозит увольнение. Мы обращались по фактам давления на активистов профсоюза в трудовую инспекцию, прокуратуру, но безрезультатно. Руководство продолжает безнаказанно выживать профсоюз.
Ответ на свой вопрос я получила позднее – в зале судебного заседания, где К. А. Аркатов защищал честь и достоинство дважды уволенного работника, причем во второй раз буквально через два месяца, как был восстановлен после первого увольнения.
Производственная «тема» в судебном процессе со стороны защиты требует не только тщательного знания всех звеньев технологического процесса, но и более тонкой материи – психологического климата в коллективе. Адвокату со стороны такая ноша стоила бы, наверное, не одного месяца кропотливой работы. А председателю первички для подготовки к защите в судебном заседании хватило нескольких дней. «Тема» вместила два объемистых тома. Стороне защиты работника пришлось отбиваться от скрупулезно подобранных фактов, юридически грамотно оформленных (комар носа не подточит), логически выстроенных обвинений штатных юристов предприятия.
Работника завода – специалиста-распределителя работ участка горячего цинкования Сергея Лонского (кстати, отца многодетного семейства) обвиняли не только в безответственности и халатности, но и в прегрешениях посуровее: из-за якобы несоблюдения именно Сергеем правил техники безопасности могли случиться на участке ЧП с тяжкими последствиями.
Сторону обвинения подкрепляла свидетельскими показаниями группа поддержки – руководители разных подразделений цеха. Защите в лице Аркатова приходилось тяжело, ведь у работодателя – бесспорная возможность воздействия на свидетелей в связи с их зависимостью.
Какие же причины сподвигли молодого специалиста К. А. Аркатова, поступившего на завод в 2008 году, не имеющего не то что правозащитного опыта, но и юридического образования, ввязаться в неравный бой за попранные права товарища?
– Когда началось очередное банкротство «Энергомаша», многие работники попали под сокращение, оставшихся переводили в новое юридическое лицо – ЗАО «Энергомаш (Белгород) – БЗЭМ», но с условием выхода из рядов профсоюза, – пояснил Константин. – В то время у меня уже была семья, и я отчетливо понимал, что для ее сохранения необходима стабильность, уверенность в завтрашнем дне, а для этого надо научиться защищать свои трудовые права и законные интересы. Я начал общаться с членами первичной профсоюзной организации ЗАО «Энергомаш (Белгород)», которые боролись за улучшение условий труда всех работников предприятия. Но вступить в тот профсоюз не получилось из-за банкротства предприятия.
Руководство предприятия отчего-то сильно раздражало существование профсоюза на заводе. Хозяин, он же генеральный директор, заявил: «Общественные организации можете создавать за забором. На моих заводах никаких профсоюзов не будет».
Пока я интересовался профсоюзным движением и расспрашивал о способах защиты своего будущего, информация об этом дошла до руководства, и… я получил сразу четыре дисциплинарных взыскания. Вменялось в вину то, что якобы месяц назад отсутствовал на рабочем месте от пяти до десяти минут. С меня потребовали объяснение. Написал подробно, что в это время осуществлял свои трудовые функции, не догадываясь еще, что работодатель просто соблюдает формальности перед вынесением дисциплинарных взысканий. Такое давление, видимо, было организовано для того, чтобы я написал заявление по собственному желанию. Для моего же, мол, блага: по статье не уволят и трудовую репутацию портить не станут.
На тот момент (я единственный кормилец в семье, жена – в декретном отпуске по уходу за ребенком, да еще выплачиваем ипотеку) понимал, что не могу ни работу терять, ни «портить» трудовую репутацию. Необходимо было законно отстоять правоту. Вот тогда-то окончательно решил вступить в профсоюз и присоединился к работникам, желающим создать первичную профсоюзную организацию. 24 декабря 2010 года было проведено организационное собрание активистов из числа работников ЗАО «Энергомаш (Белгород) – БЗЭМ», на котором меня избрали председателем.
– Нашлись единомышленники?
– Единомышленники были всегда, но официально заняться этим все боялись, потому что видели: угрозы со стороны работодателя воплощаются в жизнь. Параллельно с созданием организации начал судиться за отмену вынесенных мне «дисциплинарок», боролся пока за себя. Мне надо было удержаться и доказать, что защищаться нужно и можно. Суд разобрался в обстоятельствах, все взыскания были признаны незаконными и отменены. Но это было только начало…
Аркатова трижды отправляли в вынужденный простой, дважды пытались сократить. Суды возвращали его на рабочее место. Он уже пользовался юридической защитой и поддержкой проф­союза. После того как заступился за сотрудницу организации – руководителя одного из структурных подразделений, состоящую в профсоюзе, которую для запугивания посадили работать прямо в коридоре напротив отдела кадров, председателя профсоюзного комитета удалили, приказав охране не пускать его на территорию предприятия, где работает большая часть коллектива (ул. Волчанская, 165), и переместили на другую производственную площадку (пр. Б. Хмельницкого, 111), где остался малочисленный коллектив.
– Чем закончилась история с защитой той сотрудницы?
– Сначала ее отправили в простой. Ей пришлось два дня посидеть в коридоре, пока сработало наше обращение в трудовую инспекцию и завод привлекли к административной ответственности. Но на этом давление на нее не закончилось – перевели в отдельный кабинет, расположенный по соседству с юристами и отделом кадров, где продолжали запугивать. Поскольку меня не пускали на завод, я не мог больше помогать ей, в конце концов ее все-таки вынудили уволиться.
– Константин, согласитесь, какой хозяин, приняв на работу людей, выплачивая им приличную зарплату, позволит «качать права»? При диком капитализме хозяин диктует свои правила, а люди разобщены. О каком человеческом достоинстве, о каких правах можно говорить?
– Действительно, в то время как на федеральном уровне президент России В. В. Путин, председатель правительства РФ Д. А. Медведев, на региональном уровне губернатор Е. С. Савченко отмечают значимость общественных объединений в жизни страны и выступают за поддержку и развитие профсоюзного движения, вопреки этому руководство ЗАО «Энергомаш (Белгород) – БЗЭМ» продолжает безнаказанно бороться за изгнание профсоюза.
– Как протекает борьба?
– Хозяин наделил подконтрольный только ему отдел кад­ров большой властью. Обычно менеджеров-кадровиков по персоналу принимают на работу сразу после института, чтобы четко и не задумываясь, с блеском в глазах выполняли любые распоряжения работодателя. На этом фоне и происходит то, что вы видели на суде с отцом пятерых детей Лонским.
– Каковы ваши и Сергея Лонского перспективы после очередной победы? Новой дискриминации не будет? Ведь то, что его восстановили, – это удар по репутации работодателя, напрасные финансовые траты целого штата юристов, менеджеров, занятых сбором доказательной базы.
– Компромиссов никто не ищет. После судов и вынесенных решений в пользу работников неприязнь только усиливается. Удары из лобовых переходят в точечные. Работодатель готовится к очередному шагу, направленному на мое увольнение и ликвидацию профсоюза. Меня хотят подставить. Скорее всего снова попытаются навесить надуманные дисциплинарные взыскания и уволить по статье, примерно так же, как Лонского.
– Не собираетесь завершать затяжную «войну»?
– Без боя отступать не собираюсь. Для меня, как для моряков, «бури нас не пугают, гораздо тяжелее выдержать штиль». На себе прочувствовал, что значит посадить в простой. Бессмысленно теряешь время и начинаешь задумываться, в том ли направлении двигаешься. Но когда начинается борьба, такие мысли сами собой развеиваются, а победы укрепляют.
…У председателя отраслевого профсоюза работников машиностроения В. Е. Бочарникова я поинтересовалась, что он думает о «войне» на ЗАО «Энергомаш (Белгород) – БЗЭМ». Ведь он сам более 30 лет трудился на «Энергомаше», пережил банкротство завода и ликвидацию действующего профсоюза.
– Когда началось банкротство, развал профсоюза, – ответил Виктор Егорович, – мы обращались во все инстанции, писали о том, что гибнет уникальное производство с уникальной технологией… Ну и что?! Сейчас начинают понемногу восстанавливать производство, но контроль и технологии примитивные. Я знаю всех руководителей завода, вместе с ними столько лет проработал! Люди резко меняются, когда у одних речь идет о наживе, у других – о работе. Что касается Константина… Парень с характером, но если честно, страшно за него, ведь он все время под напряжением, под психологическим давлением… Обком проф­союза непременно помогает, когда дело доходит до суда. Мы своих людей не сдаем.