Обвиняется… пчела

Александр, не пропуская ноу-хау в пчеловодстве, целенаправленно роется на этот предмет в Интернете, читая чуть ли не все публикации о новинках в специзданиях. И небесполезно. Ульи у него… без дна. Крышки – без традиционных утеплителей. Прилетные доски отсутствуют, летки особой конструкции и формы. Унификация едва не идеальна.
Пчеловодство для Александра – занятие, можно сказать, родовое. Пчел водили деды по отцовской и материнской линии, отец. Любительский уровень занятия пчеловодством Александр хранил всегда. Но учиться поступил в БГТУ имени В. Г. Шухова, на факультет промышленного строительства.
Пять лет после окончания ­обучения работал в системе ЖКХ. Когда обстановка в этой отрасли небесскандально зашаталась, не обнаруживая прочной перспективы, а на просьбы жильцов сделать то-то и то-то ему как мастеру приходилось вынужденно отвечать: «нет денег», Александр серьезно задумался – не уйти ли в любимое пчеловодство целиком, где все будет зависеть от него самого и, при старании, это позволит прокормить семью из пяти человек – жену, двоих дочерей и мать. Все обдумав, ушел, став пасечником профессиональным.
Учеба в вузе не оказалась для него напрасной. Она научила читать литературу, ориентироваться в обстановке, рассчитывать действия наперед, мастерить, читая чертежи.
Самым тяжелым объектом базы пчеловодства было строительство капитального омшанника. Семье пришлось надолго затянуть пояса, во многом ограничить себя в потребностях. Для нормального хозяйствования требуется отряжать десять процентов дохода. Резниченко вгонял в строительство все семьдесят из имеющегося в наличии.
Хорошо, что помогали родственники – картофелем, зарубленным петухом. Но лиха беда начало. Сегодня Александр со своей семьей в нормальной колее. Купил внедорожник «Мицубиши». У него дорогостоящий инкубатор для маток. Он прививает личинок, а это по строгим научным меркам уже сугубо селекционная работа.
Реализуя полученных маток, Александр направленно стремится к тому, чтобы не только свою, но и все пасеки окрест обеспечить матками карпатской породы и, насколько это возможно, помочь всей округе уйти от «кровосмешения», снижающего жизнеспособность и продуктивность пчелосемей.
В планах Резниченко – намерение предметнее и масштабнее: заняться производством высокопородных маток – основы, считай, всего пчелодела.
Работа увлекает, что называется, выше крыши. Ложится спать и встает с новыми задумками. С учетом обстановки пересматривает и корректирует ранее составленные планы. Все, как говорится, путем. В помощницах супруга. Помогают дочери, а появившийся на свет четыре года назад сынишка Даниил уже просит отца брать его на пасеку, и приходится объяснять сыну, что пока его «работа» – детский садик. Хотя те сыновьи просьбы сорокатрехлетнего отца откровенно согревают.
Валуйчанин Александр Резниченко со своей пасекой базируется за рекой Оскол в селе Яблоново. Как и подобает предпринимателю, с яблоновцами старается ладить. Ветеранам войны и их вдовам осенью в конце сезона стал выделять по литру меда. Яблоновской школе помог с приобретением пожарного гидранта. Когда в селе решили построить спортивную площадку, купил волейбольную сетку и мяч.
А что не греет, так это тлеющий веснами последних лет конфликт: резниченковы пчелы из-за того конфликта обретают в селе Яблоново репутацию «кусачих».
Откуда пошло? Возможно, от того времени, когда пчелы на пасеке бывшего директора школы Василия Павловича Чурикова погибли из-за болезни, а возможно, из-за недосмотра. «Сашкины пчелы побили моих. Сашкины пчелы поискусали жену, искусали брата». С тех пор пошло-поехало. Письма за девятнадцатью подписями пошли в прокуратуру, райсельхозуправление, в газету… В подписантах оказались даже те, кто живет на краю села – вдали от основной «трассы» весеннего лета пчел к первоцветам старого сада и леса. Подписанты в основном школьные работники, переселенцы из других мест, но никак не коренные яблоновцы.
Решение проблемы я постарался поискать в знакомых мне густонаселенных пчелами и пчеловодами местах. И не нашел. Потому что проблемы этой там, считай, нет. Известный руководитель ЗАО «Должанское» из Вейделевского района Владимир Михайлович Грязнов лишь активно приветствует на территории хозяйства умелых пчеловодов-пасечников. Там на опытах предметно исследовано положительное влияние пчел на повышение урожайности всех без исключения медоносных культур. Там, кстати сказать, два сезона гостил, трудясь, со своей пасекой и Александр Иванович Резниченко. Пчел масса. Жалоб на укусы должанских граждан тут не припоминают. В селе Долгое почитается пасечный продукт. Лечебный мед – в обедах, отправляемых в поле механизаторам.
В поселке Уразово Валуйского района пасеки отнюдь не редки. Суммарно там до полутора тысяч пчелосемей. Уразовские пасечники – дружный кочевой (по окрестным полям) народ. Мой тамошний хороший знакомый Виктор Егорович Абросимов (пчел у него всегда много, и они как у Христа за пазухой) настоятельно рекомендовал мне сказать тем яблоновским подписантам и тем, кто сбором тех подписей занимался: без пасеки им станет много хуже.
На сотни метров вокруг себя эти труженицы распространяют целебную ауру, в которой люди попросту дольше живут. Сами пасечники тому добрый пример. Нынче в народной медицине все больший авторитет обретает лечение медом, пчелиным ядом, прополисом, пыльцой. В том числе дыхание через трубочку воздухом улья. Помогает от ряда недугов, даже тяжких, свидетельствуют сами излечившиеся. Вряд ли лучше станет крупному яблоновскому садоводческому хозяйству, год от года собирающему хорошие урожаи плодов и ягод. Наверняка без пчел станет хуже держателям скотины во дворах, личных подсобных и фермерских хозяйствах. Без пчелоопыления многих трав не станет вовсе.
Несколько странным кажется само возникновение «покусного» вопроса в Яблонове. В свое время колхозная пасека в Яблонове насчитывала ульев едва не вдвое больше, чем нынешняя пасека Александра Резниченко. Пасека та размещалась не то что в стороне, а непосредственно у сельсовета, детских учреждений. И ни массовых «покусных» конфликтов, ни заявлений по этим поводам не возникало и близко.
Интересно, что жалобы на покусы и самих покусанных и перекусанных в самом селе найти оказалось трудно. Так почему-то получается. А одиноко сидящая на лавке перед своим домом пожилая жительница Яблонова Екатерина Тихоновна Емельянова и вовсе сказала, что вся эта затея с жалобами – вздор и напраслина. Ее огород рядом с огородами подписантов. Пчелы постоянно гостят у ее бочки с водой, и ни одной – с агрессивными намерениями.
– Если пчелу не трогать, она сама никого не тронет.
«Тронуть», нужно сказать, может, если ее к тому спровоцировать запахом одеколона, спиртного, навоза, горючесмазочных материалов. И без разницы, откуда те пчелы – с крупной пасеки или из одинокого улья. Пчелы не любят, когда их намеренно или ненамеренно убивают. Запах яда мгновенно усугубляет «покусную» ситуацию. Простейшие принципы, которыми не следует пренебрегать. Эта «худоба», как и всякая дворовая скотина, по утверждению Екатерины Тихоновны, требует к себе внимания и обходительности.
Что это так, я имел случай наблюдать. Сомнительно, конечно, что насекомые способны мыслить и чувствовать. Но мне кажется, что они ощущают уважение к себе. При мне Александр поднимал крышки ульев, не надевая перчаток и защитной сетки на голову, по сути вторгался в пространство улья. Пчелы вели себя спокойно и доверительно. Агрессии, злобы и ненависти со стороны жителей улья не было и в помине. Откуда все это берется у людей?
Предпринимать А. И. Резниченко не нарушает ни одно из действующих ныне законных положений – высоты окружающего пасеку ограждения, размещения ульев в пространстве двора и прочего. Он предусмотрел эти меры, еще затевая свое дело. Но какой бы ни была мотивация конфликтов, они ранят увлеченного пасечника весьма и весьма. И он идет на одностороннее «разоружение». В этом году на сотню ульев сократил свою пасеку. За десятки километров в поле соседнего района вывез пасеку еще 6 мая. Это тот самый компромисс, к которому призывала пасечника глава сельской администрации Светлана Ивановна Хвостова. Глава утверждает, что она совсем не против областной кампании по созданию и расширению пчелопарков и что сама она любит пчел, содержа их в своем дворе. Но «покусные» конфликтные ситуации ей совсем ни к чему. Сказала, что было уже в этом году три обращения по этому поводу от людей и что иные по этой причине готовы едва не отказаться от обработки огородов – посевная на них совпадает с первыми вылетами пчел к старому саду и лесу. Жаль, что не удалось отыскать этих желающих отказаться. Дипломатичность же главы администрации понять можно. Враги ей с любой стороны не нужны.
А еще жаль пчелу. Когда в пробудившейся природе то тут, то там что-то начинает расцветать, эту неутомимую труженицу ничем не отвлечешь от дела. «Пчела из кельи восковой летит за данью полевой». И ничего важнее для нее нет. Наветов этой трудяге только и не хватало.