Последний «бой» солдата Победы

В село Радьковка к ветерану войны Алексею Гавриловичу Погорелову мы приехали солнечным сентябрьским днем и застали во дворе дома необычные приготовления. Посредине двора разместился покрытый красным знаменем стол, в два ряда выстроились стулья, на стенах ветхих крестьянских строений были развешаны плакаты с фотографиями...
Событие ожидалось не рядовое – выездное заседание Прохоровского районного суда по иску 86-летнего ветерана войны к администрации района.
Пока ждали запаздывающую машину с судьями, на подворье подтянулись сочувствующие радьковцы. Разговаривали о жизни, о власти, о детях стариков, живущих в далеких городах и приезжающих к родителям редкими, долгожданными гостями. Хорошо, в деревне все свои, упадешь, долго лежать не будешь – соседи схватятся: что-то не видно бабы Мани, врача вызовут. Но к детям старики переезжать не рвутся: «Уйдут на работу, а ты сиди весь день в клетке, жди их, – объясняла мне деревенская бабушка. – Нет уж, лучше у себя как-нибудь доживать».
Боятся сельские старики не смерти, а... власти. Во всех видах, хоть сельской, хоть районной. Как бы не прогневить ее нев­значай – вдруг машина потребуется в больницу отвезти или какие выписки из документов.
Молодые посмелее – чтобы проложить асфальт по улице Кузюновке, ныне Луговой, недавно обратились прямо к Президенту России Д. А. Медведеву. Свершив круг по инстанциям, письмо радьковцев вернулось в район, и заместитель главы В. Орехов ответил им: «Строительство отрезка не предусмотрено по причине отсутствия на нем домовладений». (А кого волнует, что кузюновцам в распутицу попасть в центр села невозможно?).
Уже несколько лет село переживает проблемы с водой – на всю деревню остался один старинный колодец, из которого вода никогда, даже в самую засуху, не уходит. Сколько ни просили радьковцы его почистить, сделать крутило, крышку, круг – все бесполезно. Пенсионерка Мария Владимировна Погорелова (однофамильцев в Радьковке полдеревни) рассказывала:
– В прошлом году жара была сильнее, чем этим летом. Пошла к приезду детей набрать воды, а ее нет – вычерпали! Все стараются к колодцу пораньше подойти, первым хоть что-то достается... В этом году чуток дождей было, но все равно вода низко стоит, наберем бурду, потом отстаиваем.
– Зимой нашу улицу не чистят – наверное, боятся бульдозер сломать. Никакого толку от нашей деревни! Тут один «хлам» живет, а кому мы, старики, нужны? – вторили ей односельчане.
– Все памятники с мемориалами ставят вместо того, чтобы сделать так, чтобы человек жил по-человечески! – резюмировала еще одна жительница Кузюновки.
К Погореловым селяне собрались неспроста. Для них ожидавшийся суд был судьбоносным ответом на вопрос – так может ли простой человек, добивающийся справедливости, преодолеть сопротивление власти?
О тяжбе ветерана Великой ­Отечественной войны А. Г. Погорелова «Белгородка» 20 августа 2010 года рассказывала в заметке «К кому теперь пойти солдату?». Уже несколько лет фронтовик-артиллерист, дошедший с боями до Берлина, добивается от районных властей признания своего права на улучшение жилищных условий. Как известно, перед 65-летием Победы Президент РФ Дмитрий Медведев издал Указ «Об обеспечении жильем ветеранов Великой Отечественной войны». «Эти решения должны быть выполнены до конца, чего бы это ни стоило государству!» – заявил президент на пресс-конференции в Сколково 18 мая 2011 года. Но попасть в федеральную программу не так-то просто...
По заявлениям А. Г. Погорелова, направленным президенту и губернатору области, из Прохоровки в Радьковку приезжала специальная жилищная комиссия. «Посмотрели и говорят: «А, так у вас 50 квадратных метров! Чего же вы еще хотите?» – рассказывала супруга ветерана Мария Трофимовна. – Говорю им: «Да я лучше вас знаю, что пятьдесят! Сама этот дом строила. Отец в 1949 году привез откуда-то деревянный сарай, мы его поставили на деревянные опоры, через какое-то время кирпичом обложили... Я им, приехавшим, а они мне в дети годятся, сказала на прощание: «И зачем мы вас только нарожали?». Молчат, нечего сказать».
Водопровода и канализации в хибарке Погореловых нет, как, впрочем, и во всей Радьковке, колодец во дворе еле-еле дает ведро воды. Уборную Алексей Гаврилович соорудил себе в виде шалаша на огороде. «Когда папки что-то долго нет, выхожу смотреть – не упал ли где? – говорит дочь ветерана Нина Алексеевна, через день–два приезжающая из Старого Оскола помочь родителям по хозяйству. Эти поездки даются ей совсем нелегко – она инвалид третьей группы, вся изрезана хирургами, постоянно терпит боль, на уколах.
Алексею Гавриловичу семь лет назад сделали операцию, из живота постоянно торчит трубка, которую каждые два месяца нужно менять. Супруга Мария Трофимовна, инвалид первой группы, еле двигается, из-за сердечной недостаточности спит сидя. Сойти с крыльца для стариков и то проблема...
«Дом кирпичный (?!), газифицированный, электрифицированный, телефонизированный, во дворе колодец с водой (?!)...» – однообразно-заученно отвечали на обращения ветерана и «Белгородской правды» все инстанции – от департамента здравоохранения и социальной защиты населения в лице его начальника Н. Белоусова до прокурора Прохоровского района Н. Коротких.
«Вы, уважаемый Алексей Гаврилович, зарегистрированы и проживаете вдвоем в частном доме общей площадью 53 кв. м, которая не признана непригодной для проживания!» – увещевала ветерана заместитель главы администрации Прохоровского района Н. Борзых.
Чиновники больше всего упирали на тот момент, что площадь на одного человека у Погореловых выше учетной – район определил себе норму в 14 квадратных метров. И еще на то, что по постановлению Правительства РФ № 47 от 27.01.2006 г. «в поселениях без централизованных инженерных сетей в домах допускается отсутствие водопровода и канализации».
«Кстати, именно в Прохоровском районе первыми в области стали строить на бюджетные средства «дом для главы» – по инициативе областного руководства «обеспечить благоустроенным служебным жильем высокопоставленных лиц районов области». Уж в этом-то доме наверняка есть и вода, и туалет» – съязвили коллеги из «Аргументов и фактов», также освещавшие постыдную тяжбу районной власти с немощным стариком.
Причем власти района не только выдавали старый деревянный дом за добротный кирпичный и закрывали глаза на отсутствие воды в колодце во дворе, но даже «забыли» о том, что в Федеральном законе «О ветеранах» нормы обеспечения жильем бывших фронтовиков предусмотрены совсем другие – не 14, а 36 квадратных метров!
...Теперь уже можно сказать: свой последний «бой» артиллерист Погорелов все же выиграл. Прохоровский районный суд под председательством судьи В. Свищева признал отказ ответчика (Прохоровской районной администрации. – Н. К.) в постановке ветерана на квартирный учет «формальным» и «необоснованным»: «Выводы межведомственной комиссии администрации Прохоровского района о признании жилого дома пригодным для проживания... не содержат оценки возможности проживания в нем двух инвалидов»; «отсутствие необходимой инфраструктуры в селе нарушает установленные международным и российским законодательством права инвалидов».
Решение районного суда: «Обязать администрацию Прохоровского района Белгородской области поставить Погорелова Алексея Гавриловича на учет в качестве нуждающегося в улучшении жилищных условий участника ВОВ в соответствии с Указом Президента РФ от 7 мая 2008 года № 714 «Об обеспечении жильем ветеранов Великой Отечественной войны», включить в соответствующий список.
22 сентября решение суда вступило в законную силу.
Но, несмотря на радость, с которой радьковцы встретили благоприятный исход последнего «боя» солдата Победы (нам стало известно, что еще один односельчанин Погорелова, ветеран войны П. Н. Шеенко подал аналогичный иск к администрации), горькое послевкусие всей этой истории не покидает... Ну отчего в начале двадцать первого века вот так должна жить русская деревня – с грязной жижей в колодцах вместо водопроводов и выгребными ямами вместо канализации? Живут так не только ветераны войны, но и труженики тыла, передовики производства советских лет – изработанные, больные, немощные. Почему они ощущают себя выкинутым из жизни «хламом»?